Тема 1.5. Глобальные проблемы современности


Дата добавления: 2014-11-24 | Просмотров: 1249


<== предыдущая страница | Следующая страница ==>

 

Проблемы национальной консолидации и национального обособления

в современном мире

В современном мире существует ус­тойчивая тенденция глобализации. Она оказывает серьезное влияние на процес­сы объединения людей, представляющих разные народы, религии, страны и кон­тиненты, будь то в рамках транснацио­нальных корпораций, либо посредством все более и более унифицирующейся мас­совой культуры, либо при помощи средств массовой коммуникации и осо­бенно Интернета. Но существует и дру­гая тенденция — тенденция националь­ного обособления. Американский иссле­дователь С. Коэн делает прогноз, согласно которому к 2020—2025 гг. на планете Земля может появиться несколь­ко десятков новых государств. Очевидно, что из космоса не опустятся новые материки и не всплывет из глубины океана Атлантида, а про­изойдет распад ныне существующих государств. Причины — нацио­нальные, религиозные или экономические противоречия.

Какие же это государства, которым предсказывается столь пе­чальная участь? Конечно, каждому приходят на ум регионы и стра­ны Азии, где межэтнические конфликты не утихают десятилетиями. Например, военный успех тамилов в мае 2000 г. поставил под очень серьезное сомнение надежды на то, что в Шри Ланке сингальское большинство сможет удержать их в рамках единого го­сударства. Конфликт между мусульмана­ми и христианами в Индонезии (особенно там, где и те и другие принадлежат к единому этносу) — еще одна болевая точка. Десятки лет миллионы курдов, раз­деленные границами Турции, Ирана и Ирака, борются за свое национальное ос­вобождение. Не утихает напряженность между христианами и мусульманами Ли­вана, где много лет бушевала жестокая гражданская война, превра­тившая буквально в руины некогда процветающее государство. Очень сложная ситуация в Афганистане, где одной из причин войны явля­ются этнические противоречия. Не урегулированы территориальные проблемы между Узбекистаном, Таджикистаном и Киргизией, когда сотни тысяч людей, веками проживавшие на этой земле, оказались представителями некоренной национальности из-за весьма искусст­венно проведенных границ.

Африка к югу от Сахары — это буквально «минное поле», начи­ненное бушующими (и уносящими сотни тысяч жизней) и подспуд­но тлеющими (но такими, которые неизбежно вспыхнут в будущем) конфликтами, ибо здесь нет буквально ни одной границы между го­сударствами, которая бы не разрывала тот или иной народ на части. Причем очень часто этнос, составляющий в той или иной стране боль­шинство, в соседней оказывается в меньшинстве и нередко подверга­ется жестокой дискриминации.

Благополучная и процветающая Западная Европа кому-то может показаться на фоне «вулкана» азиатско-африканских страстей тихим раем, но здесь для очень многих государств прогнозы весьма тревож­ны. Это в первую очередь Испания, где басков пытались покорить многие, начиная от Карла Великого и кончая генералом Франко, — но безуспешно. Корсика для Франции отнюдь не единственная голов­ная боль в этническом плане. Стоит вспомнить, сколько усилий по­требовалось, прежде чем Бретань вошла в состав Франции, и бретон­цы помнят об этом. Вряд ли кого-то удивят воспоминания о многове­ковых, но от этого не ставших менее острыми, противоречиях между валлонами и фламандцами в тихой и мирной Бельгии.

Англия — страна образцовой корректности и классических ком­промиссов. Но по, данным правозащитных организаций, за последнее Десятилетие практически в три раза увеличилось количество нападе­ний на представителей национальных меньшинств. Перед Англией стоят весьма серьезные проблемы, связанные с Северной Ирландией, Уэльсом и Шотландией. И каждый ли, смотрящий очередную серию приключений агента 007, помнит, какие суммы из своих фантастических гонораров сэр Шон Коннери выделяет на дело поддержки шотландско­го сепаратизма? Сепаратизма, впрочем, весьма политически коррект­ного, но не перестающего быть все более и более результативным. Причем все этнические различия старательно культивируются и под­черкиваются. Нет для шотландца большего оскорбления, чем назвать Роберта Бернса английским поэтом. Еще более шокируют ирландца попытки «обозвать» Джорджа Бернарда Шоу английским драматургом (хотя Шоу и писал на английском языке).

Ирландия — тема особого разговора, и дело вовсе не в том, что она была первой колонией Англии — слишком много накопилось в памяти жителей «зеленого» острова за прошедшее столетие. Англича­не могут сколько угодно твердить о Соединенном Королевстве, но ирландцы помнят и будут помнить имена своих юных поэтов, расстрелянных в 1916 г. за участие в восстании против британского владычества. Пока ирландец при встрече с представителем другого этноса будет спрашивать не о его национальности, а о том, католик он или протестант, а на ответ: «Атеист», настаивать: «Какой атеист, католический или протестантский?», никакие переговоры не прине­сут мира в Ольстер, так же как ирландцы не согласятся, что это Ольстер — а не часть Ирландии (пусть пока и оторванная от страны Святого Патрика).

Традиционно считается, что Италия, в общем-то, моноэтничная страна. Исследование, проведенное Европарламентом, показало, что из 28 языков национальных меньшинств в рамках Европейского Со­юза 13 приходится на Италию: Балле д'Аоста — французский, Альто-Адидж — немецкий, Триест — сербский, словенский, хорватский, Апулия — албанский и: греческий, Сардиния — каталонский. А знаме­нитые итальянские диалекты (причем 14% населения говорят только на диалекте, а еще 60% — на диалекте и по-итальянски), когда жите­ли разных областей не могут понять друг друга, и в качестве одной из главных заслуг телевидения считается то, что «почти все итальянцы понимают по-итальянски и почти вся молодежь говорит на нем». Но главная проблема современной Италии — это национализм экономи­ческий, т.е. противоречия между динамически развивающимся Севе­ром и отсталым Югом. Конфликт этот все более обостряется с каж­дым градусом к северу, становясь все более непримиримым со сторо­ны северян по отношению к южанам.

Весьма серьезные этноконфессиальные проблемы ожидают Вос­точную Европу, и в первую очередь Балканы — вечную «пороховую бочку» или, по выражению Уинстона Черчилля, «мягкое подбрюшье» Европы. Идеи создания «Великой Албании» могут привести (и уже ведут!) к серьезным процессам по перекраиванию государственных границ, проведению этнических чисток и многому другому. Массовое изгнание сербов (а также цыган и других неалбанских этносов) из

Косово, т.е. колыбели сербской православной цивилизации, где нахо­дятся (или, увы, уже в прошедшем времени — находились) сотни старинных монастырей и Косово поле — место трагической народной памяти, место, где сербские воины пытались своей грудью остано­вить натиск на Европу турецких полчищ. Но проблема не сводится только к ситуации вокруг Косово — она гораздо сложнее. Сегодня албанцы уже изгоняют сербов за пределами Косово: речь идет о ряде общин (например, Буяновац и др.) на юге самой Сербии. Более того, создание «Великой Албании» предполагает отторжение весьма значи­тельных территорий от Македонии и Черногории.

Недаром Бертран Рассел предупреждал: «Я думаю, национализм, не говоря уже о напряженности и угрозе войны между Востоком иЗападом, — это величайшая опасность, с которой человек столк­нулся в наше время». Более того, он подчеркивал: если напряжен­ность между Востоком и Западом будет преодолена (что и случилось в конце XX столетия), то национализмстанет величайшей опаснос­тью в мире.

Проблемы национального обособления имеют еще один аспект — кросс-культурный, т.е. принадлежность каждой нации к одной из куль­тур:моноактивной, полиактивной или реактивной. Эта классифика­ция предложена известным специалистом Ричардом Д. Льюисом.

Моноактивная культура:ее представители — интроверты («повер­нутые» внутрь себя, замкнутые на самих себя, замкнутые на своих проблемах люди), со скупой жестикуляцией, ориентиро­ванные на строго последовательные, формальные источники информации (представители: швейцарцы, немцы, скандина­вы, за исключением финнов, англичане, американцы из чис­ла потомков белых англосаксов-протестантов).

Полиактивная культура:ее представители — экстраверты (люди, открытые вовне), для них характерны энергичная жестикуля­ция, бурное выражение эмоций, быстрый темп речи, стремле­ние вторгнуться в комфортное пространство собеседника, ори­ентация на «восточное» цикличное время (постоянные опозда­ния, испанцы говорят, что распорядок дня существует только для собак и кошек), умение заняться множеством дел одно­временно (правда, так и не доводя некоторые до конца), ори­ентация на сплетни, слухи, рассказы родственников и друзей как главные источники информации (представители: жители Средиземноморья, арабы, латиноамериканцы, за исключени­ем жителей Чили).

Реактивная культура:ее представители — интроверты, ориенти­рованные на молчание (молчание не просто элемент общения, но оно часто важнее слов), на намек, внушение (представите­ли — китайцы, японцы, финны).


1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 |

При использовании материала ссылка на сайт Конспекта.Нет обязательна! (0.029 сек.)